Гонконг облагает прибыль по месту её возникновения, а не по месту регистрации компании. Именно поэтому гонконгская компания может на законных основаниях вообще не платить налог на прибыль в Гонконге. И именно поэтому Департамент внутренних доходов (IRD) требует доказывать офшорный характер прибыли документами — каждый год заново. Освобождение реально. Но это не галочка, которую ставят при регистрации.
Что на самом деле говорит территориальный принцип
Налог на прибыль возникает при одновременном выполнении трёх условий: лицо ведёт торговую, профессиональную или предпринимательскую деятельность в Гонконге; эта деятельность приносит прибыль; и эта прибыль возникает в Гонконге или происходит из Гонконга. Не выполняется третье — облагать нечего, даже если компания зарегистрирована в Гонконге, имеет здесь счёт и подаёт здесь отчётность.
Третье условие налоговая проверяет по одному общему принципу: что налогоплательщик сделал, чтобы заработать эту прибыль, и где он это сделал? Вопрос именно об операциях, порождающих прибыль, — а не о месте регистрации компании, месте проживания директоров или месте, где открыт счёт.
Критерий — не регистрация. И не резидентство. Критерий — где фактически выполнялась работа, принёсшая прибыль.
Критерий зависит от вида дохода
- Торговая прибыль. Налоговая смотрит, где были совершены договоры купли-продажи — где их обсуждали, заключали и исполняли. Учитываются и сопутствующие операции: закупка, обработка заказов, отгрузка, организация финансирования. Торговая прибыль признаётся либо полностью гонконгской, либо полностью офшорной; пропорционального деления здесь обычно не применяют.
- Оплата услуг. Облагается там, где услуги фактически оказаны. Консультант, выполняющий работу за пределами Гонконга, находится в ином положении, чем тот, кто делает то же самое за столом в Централе.
- Производственная прибыль. Возникает там, где произведён товар. Если производство разделено между Гонконгом и другой страной, прибыль делится пропорционально.
Как заявление подаётся на практике
Никакой формы заявления и никакого предварительного одобрения при регистрации не существует. Последовательность обычная и повторяется ежегодно:
- компания ведёт надлежащий учёт и проходит аудит — офшорный статус не отменяет обязательный аудит;
- подаются аудированная отчётность и декларация по налогу на прибыль, офшорная позиция заявляется в декларации и обосновывается в налоговом расчёте;
- налоговая направляет запрос — анкету о сделках, контрагентах и участвовавших людях. Это стандартная практика, а не признак того, что заявление отклоняют;
- компания отвечает документами: договоры, переписка, транспортные и поездочные документы, банковские проводки;
- если налоговая принимает позицию, начисление выпускается на этой основе. В следующем году заявление подаётся заново.
Принятое заявление не действует бессрочно. Обстоятельства меняются, и каждый налоговый год рассматривается отдельно.
На чём заявления рассыпаются
- Документы противоречат друг другу. Одних инвойсов почти никогда не хватает. Договоры, письма, отгрузочные документы, поездки и выписки должны рассказывать одну и ту же историю.
- Договоры заключены в Гонконге. Если переговоры и подписание проходили, когда принимающие решения люди физически находились в Гонконге, торговая прибыль, скорее всего, будет признана гонконгской — что бы ни было написано в инвойсах.
- История, собранная задним числом. Доказательства должны появляться в момент сделки. Восстановленные через два года, в ответ на запрос, они убеждают редко.
- Смешанные операции выдаются за однозначно офшорные. Если часть работы действительно выполнялась в Гонконге, честный ответ — пропорциональное деление, а не полное освобождение.
Второй барьер: пассивный доход из-за рубежа
С 1 января 2023 года рядом с территориальными правилами действует отдельный режим. По правилам освобождения зарубежного дохода (FSIE) отдельные виды иностранного дохода, полученного в Гонконге, считаются налогооблагаемыми если только компания не выполняет определённые условия. Режим охватывает зарубежные проценты, зарубежные дивиденды и — с 1 января 2024 года — доход от продажи имущества любого вида. (Есть и четвёртая категория, но структур наших клиентов она касается редко.)
На практике важны два момента:
- Он применяется к участникам международных групп — то есть к компаниям, входящим в группу, которая работает более чем в одной юрисдикции. Отдельная гонконгская компания без иностранных аффилированных лиц под режим не подпадает. Гонконгская компания под кипрским или иным зарубежным холдингом — подпадает.
- Выход — реальное присутствие. Чисто холдинговой компании нужны помещение и люди в Гонконге, соразмерные её деятельности; операционной — квалифицированные сотрудники и реальные операционные расходы здесь. Передача функций гонконгскому подрядчику допускается — при надлежащем контроле.
Для зарубежных дивидендов и дохода от продажи долей есть также освобождение по участию: в общем виде — доля не менее 5% в течение не менее 12 месяцев, при антизлоупотребительном условии, что за рубежом доход обложен по ставке не ниже 15%.
Что офшорный статус не отменяет
Ежегодная рутина никуда не девается. Компания по-прежнему продлевает регистрацию бизнеса, подаёт годовой отчёт, ведёт реестр значимых контролирующих лиц, проходит аудит и подаёт декларацию по налогу на прибыль. А если позиция не устоит, применяются обычные ставки: 8,25% на первые 2 млн гонконгских долларов налогооблагаемой прибыли и 16,5% свыше, причём двухуровневой ставкой в группе связанных компаний может пользоваться только одна из них.
Как мы с этим работаем
Мы прямо говорим, есть ли шанс защитить офшорную позицию, — до того, как структура построена, а не после первого запроса из налоговой. Если шанс есть, мы выстраиваем документооборот так, чтобы доказательства появлялись по ходу работы бизнеса: договоры, переписка и поездки фиксируются в момент, когда происходят. Переписку с налоговой ведём мы. Если шанса нет, мы говорим и это: 8,25% на первом уровне у аккуратно отчитывающейся компании — результат лучше, чем позиция, которая рухнет через три года вместе со штрафами.